ЛИВАНСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ. Часть первая: ЧЕРЕЗ МАЙДАН
Вчера в Ливане произошла бархатная революция. Хотя еще накануне вчерашнего заседания парламента у большинства арабских аналитиков не было сомнения в том, что кабинету Омара Караме удастся удержаться у власти. Сам глава правительства в своей утренней вступительной речи предложил депутатам поставить на голосование вопрос о доверии кабинету. Делал он это сознательно, поскольку соотношение сил в парламенте вселяло в него уверенность, что подобное голосование он выиграет.
Поздно вечером премьер-министр Омар Караме объявил об отставке своего правительства. Уйти просирийского лидера, еще накануне считавшего свое положение незыблемым, заставили события очень сильно напоминавшие оранжевую революцию на Украине.
Постановщики Первой Блиджневосточной не отличались особой оригинальностью. Научились наконец! Теперича по накатанному сценарию можно клепать оранжевый мюзикл, весь это джаз – темы и вариации.
Правда если Ющенко было достаточно хорошенько протравить диоксином, то, Ливан – это вам не Хохландия. Сирийского лидера Рафика Харири пришлось грохнуть.
Я не люблю конспирологических схем. Но тут. А может просто дух времени. В конечном итоге, мы же не знаем продюсера этой байды, может быть это… ну провидение.

ЛИВАНСКИЙ МАЙДАН

Ушедший премьер Омар Караме не раз выражал уверенность в том, что оппозиция, обвиняющая власти в этом убийстве, не посмеет в ходе заседания потребовать отставки кабинета. Впрочем, по мере вчерашнего приближения заседания парламента самоуверенность премьера шла на убыль. В повестке дня значилось обсуждение обстоятельств гибели экс-премьера Рафика Харири, убитого две недели назад.
В центре Бейрута, на площади Мучеников, около могилы убитого экс-премьера Рафика Харири началась многотысячная антиправительственная демонстрация. Дополнительный вес лозунгам манифестантов придал прибывший в Ливан замгоссекретаря США Дэвид Саттерфилд.
Ливанские власти начали готовиться ко вчерашнему заседанию парламента задолго. В телеобращениях официальные лица заявляли, что не боятся этой сессии.
Уже в воскресенье утром глава МВД Сулейман Франжье объявил, что, "исходя из интересов сохранения гражданского мира и принимая во внимание ситуацию в стране", в Бейруте запрещены все демонстрации и митинги. Армия заранее перекрыла центр Бейрута. Все улицы, ведущие к ливанскому парламенту, начали блокировать металлическими заграждениями.
Однако оппозицию такие приготовления не смутили. В ночь на понедельник, несмотря на обилие военных и полицейских, жители Бейрута стали подтягиваться к центру города на провозглашенную лидерами оппозиции сидячую забастовку. Центром демонстраций стала площадь Мучеников, на которой находится мечеть Мухаммеда Амина, где и похоронен Рафик Харири. К утру на ней было больше 200 тыс. человек. Все они кричали: "Сирия – вон!" и "Правительство – в отставку". Со вчерашнего утра в Бейруте началась всеобщая забастовка. Не открылись школы, банки, магазины, многие госучреждения, экономическая жизнь страны замерла.
С раннего утра внимание всего арабского мира было приковано к событиям в центре Бейрута. Все арабские спутниковые телеканалы прервали обычное вещание и полностью посвятили свои эфиры прениям в парламенте и демонстрации в городе. Телеканал "Аль-Джазира" вел прямую трансляцию заседания ливанского парламента, параллельно показывая картинку с площади Мучеников.
Заседание парламента началось со скандала. После минуты молчания в память погибшего Рафика Харири спикер Набих Берри, пользующийся репутацией просирийского политика, объявил: "Сегодня парламент спрашивает: кто убил Рафика Харири?" Депутаты-оппозиционеры как по команде молча указали пальцами на трибуну, за которой расположились члены кабинета.

После долгой речи премьер-министра Омара Караме, престарелого просирийского генерала, осуждавшего и убийц Рафика Харири, и его сторонников-оппозиционеров, на трибуну стали подниматься противники правительства. Героем дня стал бывший министр экономики из правительства Харири Марван Хаммаде, который не так давно сам пережил покушение. Он поднимался со своего кресла, смотрел в ту сторону, где восседали члены правительства, и говорил: "Я не вижу министров. Их больше нет. Я хочу, чтобы им всем была уготована участь Милошевича".
"Я обвиняю правительство в причастности к этому убийству, если не его организации. Что вы считаете, у вас больше иммунитета, чем у Милошевича или боснийских или хорватских генералов?" – заявлял он с парламентской трибуны. Его выступление транслировали и межарабские телеканалы, и динамики, установленные на площади Мучеников. Затем он под рев площади потребовал вывода из Ливана сирийских войск: "У ливанского народа нет проблем с сирийскими солдатами, но он хочет освободиться от вмешательства в его жизнь аппарата сирийских и ливанских спецслужб. Правительство Омара Караме – ширма, которая прикрывает повсеместный контроль силовикых ведомств".

Его сменила депутат Багия Харири, сестра убитого. "Все ливанцы знают своего настоящего врага, того, кто убил Рафика Харири. Тех, кто принял решение, выполнил его и потом не допустил, чтобы правда вышла наружу". Вечером перед заседанием парламента она прошла через блокпосты на площадь. Женщина в покрывале направилась к могиле, покрытой цветами. Она склонилась в молитве, читала стихи из Корана. А потом просто подняла покрывало, и все увидели залитое слезами лицо. Продолжительное молчание, и потом загремели аплодисменты, адресованные Бахие Харири, сестре жертвы. Позднее, в парламенте аплодисменты звучали еще раз, после обвинений правительства в убийстве брата. А вечером абонентам мобильных телефонов поступило по sms предложение о том, чтобы сделать Бахию Харири первой в арабском мире женщиной-премьер-министром.

В этот революционный день были и другие депутаты. проявившие смелость. Один из них – Валид Идо, лидер партии, которую в свое время возглавлял Харири, который войдя в парламент предрек: "Это правительство – разлагающихся труп".